Россия и грузия


Грузия хочет кормиться в России, но без восстановления дипотношений

30 января 2017, 16:15  •  2020 • Геополитика

В Грузии допустили восстановление дипотношений с Россией в обмен на предательство Абхазии и Южной Осетии.

Грузия не намерена восстанавливать дипломатические отношения с Россией, однако надеется на то, что Москва отменит визовый режим для грузинских граждан. Сегодня между странами диалог на дипломатическом уровне поддерживают заместитель министра иностранных дел РФ Григорий Карасин и специальный представитель премьер-министра Грузии по взаимоотношениям с Россией Зураб Абашидзе. В свою очередь, как заявили «Известиям» оба дипломата, вопрос восстановления дипотношений стороны сейчас не обсуждают. 

По словам дипломатов, в начале февраля в Праге состоится встреча, где будут обсуждаться торговые, гуманитарные, культурные и транспортные вопросы. При этом, как отметил Абашидзе, Грузия очень надеется на отмену виз с РФ, потому что в визовом вопросе мяч находится на российской стороне, добавив, что упрощение режима въезда в Россию для граждан Грузии было бы, по его мнению, «шагом в правильном направлении».

Однако, что касается дипотношений, по словам Зураба Абашидзе, Грузия на нынешнем этапе не рассматривает возможность восстановления дипломатических отношений с Россией – до решения вопроса территориальной целостности. «Торговаться по нему мы не собираемся», – сказал он.

После разрыва дипотношений в 2008 году Грузия всегда старалась разговаривать с Россией языком ультиматума, выдвигая заведомо невыполнимые условия для восстановления отношений между двумя странами. На протяжении нескольких лет Тбилиси придерживался одной риторики, заявляя, что возобновление дипломатических отношений возможно лишь после восстановления территориальной целостности и возврат Южной Осетии и Абхазии в состав Грузии. Однако сегодняшнее руководство республики начинает осознавать, что без возобновления дипотношений с РФ крайне сложно решать экономические, культурные и территориальные задачи.

Кроме этого риторика политического истеблишмента Грузии заметно смягчилась в адрес Москвы, учитывая, что на смену их заокеанским покровителям, которые активно выступали за разжигание военных конфликтов по всему миру и толкали грузинское руководство на конфронтацию с РФ, пришли политики с иными взглядами и приоритетами. Поэтому, учитывая, что нынешнее руководство Грузии не камикадзе, оно старается идти в политическом русле, которое выстраивает ведущая страна мира.

Без восстановления дипломатического диалога между РФ и Грузией невозможно приступить к обсуждению территориального вопроса. Однако, чтобы начать полноценный диалог, необходимо вопрос целостности Грузии вынести за скобки, именно это имел ввиду Абашидзе, когда говорил о неких определённых условиях, пояснил президент Фонда единения русского и грузинского народов Владимир Хомерики. В восстановлении дипломатических отношений заинтересованы обе стороны одинаково, потому что это способствует грузинским интересам, а также геополитическим задачам России, уверен собеседник издания «Колокол России».     

«Несмотря на то, что вопрос территориальной целостности для Грузии является приоритетным и чтобы его хоть как-то сдвинуть с места, необходимо сегодня начинать постепенно восстанавливать дипломатические отношения между странами. Только после этого Тбилиси сможет говорить с Москвой на официальном уровне о тех проблемах, которые его больше всего волнуют. Безусловно, грузинская сторона больше, чем российская заинтересована в возобновлении дипломатического диалога, потому что у Тбилиси тогда будет больше официальных поводов и форматов для разговора с Москвой. Однако не стоит забывать и о геополитических интересах России в Закавказье, где Грузия играет одну из важнейших ролей», -  отметил Владимир Хомерики. 

Отмена визового режима и восстановление дипотношений - вопросы одного звена, поэтому визовая тема не может существовать без привязки к дипотношениям, отметил собеседник издания. А учитывая, что за годы президентства Михаила Саакашвили и его пропаганду в молодежной среде антироссийских настроений, сегодня привело к тому, что подрастающее поколение ничего не знает хорошего о России.

«Отменять сегодня визовый режим без дипломатических отношений между двумя странами - просто не реально. Потому что регулировать вопросы перемещения граждан и полномасштабно решать задачи, которые возникнут у консульских отделов без дипотношений крайне затруднительно. Поэтому, как только будут установлены полноценные отношения между дипломатами двух стран, Грузия войдет в орбиту российских интересов, а грузинское общество автоматически будет интегрировано в РФ», - резюмировал эксперт.

Ранее российская сторона неоднократно заявляла, что восстановление дипломатических отношений между Россией и Грузией зависит от Тбилиси. Именно грузинская сторона была инициатором разрыва дипломатических отношений в 2008 году. Грузия разорвала дипотношения с Москвой после того, как Россия признала независимость Южной Осетии и Абхазии.

Анатолий Молчанов

Фото: Новости. Александр Имедашвили

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

geo-politica.info

Стеклянный потолок

Назначение бывшего грузинского президента Михаила Саакашвили главой областной администрации Одессы вновь заставило Россию обратить внимание на своего южного соседа — Грузию. Может показаться странным, что грузинские власти комментировали это решение Петра Порошенко с плохо скрываемым раздражением. А все потому, что сложный, но крайне важный процесс нормализации российско-грузинских отношений идет вот уже несколько лет. В последние же месяцы желание улучшить отношения проявляется чаще — особенно на фоне заявлений грузинских политиков о необходимости конструктивного диалога с Россией. «Лента.ру» попыталась разобраться, возможна ли в принципе нормализация и почему она вообще началась.

Всем надо

Сам факт того, что Россия и Грузия начали процесс нормализации отношений, объясняется элементарными национальными интересами. Речь прежде всего о Грузии. Страна ментально вышла из войны и революционного угара (свидетельством чему является специфическое отношение большинства грузин к Саакашвили, балансирующее между презрением и ненавистью), войдя в стадию постреволюционного похмелья. Отчасти поэтому, согласно социологическому опросу, проведенному в марте-апреле 2015 года американским Национальным Демократическим институтом, у населения сейчас иные заботы.

«В топ-тройке наиболее важных национальных вопросов были названы: отсутствие рабочих мест (66 процентов), рост цен (43 процента) и бедность (39 процентов). Впервые с начала проведения исследований вопрос территориальной целостности не попал в первую тройку. Это не означает, что этот вопрос больше не волнует граждан Грузии, просто он не является наиболее приоритетным для них», — поясняет директор представительства института в Грузии Лора Торнтон.

И в Грузии понимают, что решить эти проблемы можно через сотрудничество с Россией, посредством доступа на российский рынок грузинских товаров и грузинских трудовых мигрантов. Возможно, поэтому почти треть респондентов выступили за вступление Грузии в евразийский интеграционный проект, — колоссальная цифра, если учесть, что речь идет о стране, которая провозгласила евроатлантический вектор развития и с которой у России семь лет назад случился военный конфликт. Причем число сторонников нормализации увеличивается: еще в ноябре 2013 года за членство в ЕАЭС выступали 11 процентов, в апреле 2014 года их количество увеличилось в полтора раза, а в августе 2014 года количество пророссийски настроенных граждан составляло пятую часть населения Грузии.

А число сторонников евроатлантической интеграции сократилось с 81 процента в ноябре 2013 года до 65 процентов в апреле 2015 года. Это не означает, что Грузия откажется от евроатлантической интеграции в пользу евразийской. Но это означает, что они не откажутся от евразийской интеграции в пользу евроатлантической.

Помимо экономики, в изменении отношения Грузии к России есть и политический момент. На фоне ссоры с северным соседом в Грузии серьезно усилилось влияние соседей с запада и востока страны, которое в перспективе может угрожать национальной безопасности страны. И если Турция укрепляет свое влияние в Батуми, в том числе и через завоевание местной экономики, то Азербайджан может взять под контроль азербайджанскую диаспору в грузинском крае Квемо-Картли (где азербайджанцы составляют чуть менее половины населения). И тогда непростые межнациональные отношения в Грузии будут решаться уже не в Тбилиси, а в Баку, что серьезно ограничит грузинскую внешнюю политику. Москва же способна уравновесить Турцию и Азербайджан.

Между тем перезагрузка отношений важна не только для Тбилиси, но и для Москвы. Да, Грузия мала, однако она находится возле самого взрывоопасного региона России — Северного Кавказа. И если отношения с Тбилиси обострятся, а грузинские власти вновь возьмутся за антироссийские проекты (например, создадут аналог пропагандистского телеканала ПИК или же поднимут тему черкесского геноцида), тем самым у России, которая сейчас сосредоточена на украинском направлении, фактически появится второй фронт. Кроме того, если Тбилиси окончательно попадет в зависимость от турецкого и азербайджанского влияния, это отрежет Россию от Армении, а заодно и от Ирана.

Но самое главное здесь — это колоссальный информационный эффект. Нормализовав отношения с Грузией, Россия продемонстрирует всему миру, что способна найти общий язык даже с теми соседями, которые были в состоянии военного конфликта с Москвой и чей вектор развития не устраивает Россию.

В этой ситуации лидерам Прибалтики, Польши и Украины сложно будет продвигать идею о том, что единственным способом общения с «путинской Россией, мечтающей возродить СССР и захватить всех соседей» может быть только стратегия сдерживания.

Без спешки

До сегодняшнего дня процесс нормализации отношений России и Грузии шел крайне медленно и осторожно, но именно это позволило ему вообще состояться.

«На встречах мы не касаемся тех проблем, которые не решаемы в нынешней ситуации, сосредотачиваясь на практических вопросах двусторонних отношений — транспорте, авиации, гуманитарных контактах, визовой практике, экспорте грузинского вина и минеральной воды», — пояснял заместитель министра иностранных дел России Григорий Карасин. Именно поэтому большая часть этих вопросов уже решена. «Боржоми», «Набеглави» и «Саперави» давно появились на российских прилавках, а в конце апреля стороны наконец-то возобновили регулярное авиасообщение не только между столицами: грузинским авиакомпаниям разрешено летать в Москву, Санкт-Петербург, Самару, Екатеринбург, Сочи, Ростов и Минводы, а российским — в Тбилиси, Кутаиси и Батуми.

Возобновление широкого авиасообщения может привести к резкому увеличению российского туристического потока, — на фоне проблем с курсом доллара и, соответственно, ценами на отдых в Таиланде и Европе россияне открыли для себя Грузию с ее многочисленными историческими памятниками и национальным колоритом. В 2014 году Грузию посетили 814 тысяч россиян. По словам руководителя Национальной администрации туризма Грузии Георгия Чоговадзе, каждый из них потратил в стране в среднем 600 долларов, что сделало россиян одной из самых доходных категорий туристов.

А ведь значимость российских гостей объясняется не только деньгами, — приезжающие в грузинские города россияне видят, что грузинское население относится к ним доброжелательно. Да, в Грузии все еще немало сторонников Саакашвили и борцов с «совковым мышлением», олицетворением которого они сами и являются, но в стране нет такой оголтелой пропаганды русофобии, как на Украине. А значит, и ставить Тбилиси на один уровень с Киевом не стоит.

Примечательно, что осторожность в делах и словах привела в том числе и к тому, что российско-грузинский диалог не был сорван событиями на Украине. Отчасти это, конечно, произошло благодаря пресловутой отвязке Грузии от Украины в российском общественном сознании, однако основная заслуга в спасении диалога, безусловно, принадлежит грузинским властям.

Вопреки советам горячих голов, официальный Тбилиси занял весьма взвешенную позицию по украинскому вопросу. В то время грузинское население сопереживало украинцам (по столице были развешаны сотни украинских флагов), но правительство не только не оказало Киеву политической поддержки, но даже не попыталось извлечь для себя политических бонусов из конфликта между Западом и Москвой, — например, попытаться выбить для себя членство в НАТО.

Прорывов не будет

Так что пространство для переговоров еще есть. Например, по части решения визового вопроса (если Михаил Саакашвили в свое время разрешил россиянам въезжать в Грузию без виз, то Москва на такой же шаг не пошла, объясняя это отсутствием дипотношений). Проблема в том, что на деле получить российскую визу грузинам крайне сложно, — коллеги из Тбилиси жалуются, что для оформления документов нужны приглашения от родственников и длительная процедура. Российская сторона объясняет, что либерализации визового режима мешают бюрократические моменты, однако не всегда говорит, что их ликвидация в интересах самой Москвы. В Грузии уже выросло целое поколение людей, которое в Париже, Берлине, Лондоне и Вашингтоне бывает чаще, чем в Москве. Это гуманитарное влияние в перспективе может создать массу проблем. Значит, вопрос требует решения.

Однако на этом список важных решаемых задач заканчивается. Да, сегодня существует целый ряд потенциальных прорывных проектов, которые выведут российско-грузинские отношения на новый уровень (восстановление железной дороги через Абхазию, возобновление дипломатических отношений и, наконец, саммит глав государств). Однако их решение и даже обсуждение уже невозможно в нынешнем «осторожном» формате, поскольку напрямую касается самого больного вопроса двусторонних отношений — статуса Южной Осетии и Абхазии.

Так, тот же российско-грузинский саммит и восстановление дипотношений могли бы стать серьезнейшим шагом. И грузины на него готовы, но при определенных условиях. Тбилиси хочет, чтобы итогом этих переговоров стало совместное заявление, где говорилось бы не только о боржоми и мандаринах, но и о статусе Южной Осетии и Абхазии, а главное — о возможности их возвращения в состав Грузии. И тут дело не в амбициях «мечтателей», а во внутриполитической прагматике: если премьер Иракли Гарибашвили вернется с саммита с Путиным без оптимистичных решений по этим пунктам, — его заклеймят как предателя национальных интересов.

В принципе, Тбилиси не нужно, чтобы Москва возвращала Грузии утраченные регионы, — грузины хотят, чтобы Россия просто не мешала нормализации отношений Тбилиси с Южной Осетией и Абхазией. В силу географических и инфраструктурных причин той же Южной Осетии проще развивать отношения с Грузией, а не с Россией (жителям Цхинвала гораздо проще ехать работать/учиться/лечиться/торговать в Тбилиси, чем во Владикавказ). Поэтому при снятии всех барьеров Тбилиси теоретически может реинтегрировать Южную Осетию в экономическом, культурном, социальном плане. Собственно, Грузия это и делала до 2008 года, и если бы Саакашвили не начал вторжение, сейчас ситуация была бы иной.

Однако Москва пока не готова идти на грузинские условия и вообще хоть как-то пересматривать статус Южной Осетии и Абхазии. Причин этому несколько.

Такие заявления заставят нервничать южноосетинские и абхазские элиты, которые вообще остро реагируют на любой позитив в российско-грузинских отношениях, поскольку считают, что нормализация отношений между Москвой и Тбилиси произойдет за их счет. В Грузии искренне не понимают, почему Россия принимает во внимание эту реакцию, — Цхинвал и Сухум там считают марионеточными режимами, у которых нет права голоса. Российские же политологи поясняют, что все не так однозначно: Москва не хочет никакой дестабилизации на Северном Кавказе, не говоря уже о том, что Абхазия может обидеться и взять курс на улучшение отношений с Турцией.

Кроме того, намеки на реинтеграцию территорий в Грузию будут рассматриваться как готовность Москвы сдать Южную Осетию с Абхазией, и пошлют абсолютно вредный для России сигнал Западу. Брюссель и Вашингтон посчитают, что Москва готова пересмотреть последствия 2008 года, признать свою неправоту и вообще вернуться к статусу европейской периферии. В этой ситуации вся стойкость России в украинском вопросе, которой Кремль хотел показать Западу невозможность возврата к прежней системе отношений и необходимость выработки нового, равноправного сотрудничества, окажется бессмысленной.

Ну, а самое главное, в России не очень понимают, зачем идти на какие-то серьезные уступки южному соседу, суверенитет которого ограничен. Сегодняшняя грузинская элита крайне зависима от Вашингтона и Брюсселя, и даже при хорошем раскладе у отношений между нашими странами всегда будет «стеклянный потолок». Пробить его можно лишь выходом Грузии из-под влияния Запада либо через нормализацию российско-западных связей и создание новой системы коллективной безопасности в Европе. Оба условия реализуемы лишь в далекой перспективе, а значит, и ожидать прорыва в российско-грузинских отношениях пока не стоит.

lenta.ru

Российско-грузинские отношения

Особенностью этих отношений является плохое, даже кризисное их состояние на государственном уровне и хорошее на уровне отношений простых людей. Не случайно, посол Грузии в России 3. Абашидзе называл их «парадоксальными». Возможно, плохие отношения Москвы и Тбилиси - лишь плод субъективного воображения. Е.М. Примаков отмечал, что в ухудшении двусторонних отношений виноваты СМИ. «Проблема в том, - отмечал в 2007 г. глава Торгово-промышленной палаты России, - что электронные и печатные СМИ не контролируются с двух сторон руководством. В Москве часто по этим публикациям судят, какую позицию занимает Грузия, а Грузия - по публикациям нашей печати судит о позиции России» . Примерно в том же духе рассуждал и грузинский дипломат Г. Кунадзе. «Объективных оснований, - отмечал он, - для ухудшения отношений с Грузией у России, наверное, не больше, чем со многими другими странами СНГ, а, может быть, как с некоторыми и меньше» . В период после распада СССР стороны то и дело строили друг другу неприятности. Между странами был введен визовый режим, остановлена почтовая, телефонная и телеграфная связь, из России массовым образом депортировали нелегально проживающих грузин, а Грузия действовала России на нервы - захватывала российские военные объекты, задерживала транспортные средства российской дипломатической миссии, обвиняла Россию в шпионаже, нарушении воздушного пространства Грузии и пр. Главной проблемой в отношениях России и Грузии был и является сепаратизм. Для Грузии - это ситуация в Абхазии и Южной Осетии, для России - в Чечне. Тбилиси рассматривает независимую Абхазию и Южную Осетию как часть Грузии, а Россия, официально не признавая независимость Абхазии и Южной Осетии, выдавала жителям этих областей российские паспорта. Грузия же укрывала чеченских сепаратистов в своем Панкисском ущелье. Грузия - член ГУАМ и, вероятно, будущий член НАТО, с ее территории в 2008 г. ушли все российские войска. В феврале 2008 г. президент Грузии М. Саакашвили участвовал в саммите СНГ в Москве, одним из первых поздравил Д.А. Медведева с победой на президентских выборах в России 2 марта 2008 г. Оба политика выразили заинтересованность в улучшении отношений России и Грузии. Обращаясь к России в марте 2008 г., М. Саакашвили сказал: «Мы рассчитываем если не начать отношения с чистого листа, то, по крайней мере, придать нашим отношениям новую энергию». Будущие события, однако, выявили всю степень проблемности российско-грузинских отношений. Эпицентром противоречий стали Южная Осетия и Абхазия. В начале августа 2008 г. между Грузией и Южной Осетией обострились пограничные столкновения с человеческими жертвами с обеих сторон. В ночь с 7 на 8 августа грузинские войска начали массированный обстрел объектов военной и гражданской инфраструктуры на территории Южной Осетии. Большие людские потери и разрушения понес город Цхинвал - столица Южной Осетии. Были также убиты и ранены десятки российских военнослужащих, выполнявших миротворческие задачи в зоне грузино-южноосетинского конфликта. 8 августа российская армия приступила к реализации «операции по принуждению грузинской стороны к миру», которая была завершена 12 августа. В период с 14 по 16 августа конфликтующие стороны подписали мирный план Медведева - Саркози, который положил конец активным военным действиям. Отношения между Россией и Грузией прошли через острейший кризис. По окончании конфликта президент Грузии М. Саакашвили объявил о выходе Грузии из СНГ и разрыве дипломатических отношений с Россией. 26 августа президент России Д.А. Медведев своими указами признал независимость Абхазии и Южной Осетии. В экономике контакты между странами очень интенсивные. В основном они связаны с российскими инвестициями в Грузию. Дочерняя компания РАО ЕЭС - Интер РАО ЕЭС планирует строительство 100-мегаваттной ГЭС. «Вымпелком» заявил о том, что за 12,6 млн долл. приобрел 51 % акций грузинской компании «Мобител» и владеет опционом на выкуп остальных 49 %, «Russian Media Ventures» намерен закупить в Г рузии телеканал. «Вимм-Билль-Д анн» полностью приобрел акции третьей по величине компании по производству молочных продуктов в Грузии - «Картули продуктеби».

< Назад   Вперед >

Содержание Добавить свое объявление Загрузка...

uchebnik-online.com

Грузия без России обречена

Семь лет назад началась война в Южной Осетии. Грузия, считавшая эту самопровозглашенную республику своей территорией, напала на Цхинвал – после чего Россия, чьи миротворцы были убиты, ввела войска и сокрушила грузинскую армию. После той войны Грузия разорвала отношения с Россией – но рано или поздно она вернется в состав русского мира. У нее просто нет альтернативы.

Нападение на Южную Осетию в Тбилиси назвали «операцией по наведению в Цхинвальском регионе конституционного порядка». Действительно, Грузия никогда не признавала отделившиеся от нее после распада СССР Абхазию и Южную Осетию независимыми государствами, упорно считая их временно утраченными территориями.

«Мысль о необходимости вернуться к союзу с Россией, увы, пока что не овладела грузинским обществом»

И это при том, что обе страны отделились от нее в ходе кровавых конфликтов, войн, которые Грузия проиграла. Все 16 лет отдельного существования обе не признанные никем республики находились под покровительством России – там стояли наши миротворцы, большинство граждан обзавелись российскими паспортами. То, что Москва не признавала независимость этих республик и не отвечала на их просьбы о вхождении в состав России, объяснялось просто нежеланием портить отношения с Грузией. Но фактически все понимали, что для Тбилиси эти территории потеряны.

Ну не хотели абхазы и осетины жить в одном с грузинами государстве – после того, как в ходе развала СССР те попытались лишить их автономного статуса и устроили военные операции по подавлению «сепаратистов». Они оказались под крылом России – и это было естественное желание обеих сторон.

Примирение с грузинами возможно было только постепенное, по прошествии времени – и, главное, в рамках русского мира, к которому принадлежали что абхазы и осетины, что грузины. Но после «революции роз» и прихода к власти Саакашвили в 2003 году Грузия начала активный дрейф в сторону США. К концу 2007 года были выведены все российские военные базы – и Саакашвили решил попробовать «восстановить территориальную целостность».

Это было чистой воды безумием. Только аутист мог думать, что Россия позволит Грузии захватить Южную Осетию, многие граждане которой имели российские паспорта (на Абхазию у Тбилиси сил просто не было). Но Саакашивили оказался именно таким безумцем – причем не важно, сколько в его действиях было желания понравиться американцам (ведь ему вполне могло показаться, что он выполняет и важную геополитическую миссию для Вашингтона). Нападение на Цхинвал, повлекшее к тому же гибель российских миротворцев, вызвало ответ России – началась «операция по принуждению к миру». В ходе пятидневной войны грузинская армия, которую перед тем несколько лет обучали американские инструкторы, была разгромлена. Перед 58-й армией лежал путь на Тбилиси.

Но Россия не стала брать грузинскую столицу и свергать Саакашвили – что, несомненно, сделали бы в подобном случае США, Великобритания или Франция. Наши войска ушли – а Южная Осетия и Абхазия были официально признаны Россией. По сути два этих государства стали ассоциированными с Россией территориями – в геополитическом смысле они являются частью РФ. Для Грузии это стало двойным ударом. Мало того, что русские танки прокатились по Гори, так еще у нее и окончательно забрали территории, которые она считала своими. Но всеобщего осознания тупика в Грузии не произошло. Иначе говоря, понимания, что путь к жизни вне русского мира приводит к катастрофе, не наступило.

Пришло разочарование в Саакашвили – и спустя несколько лет он потерял власть. Но мысль о необходимости вернуться к союзу с Россией, перестать играть в антироссийские игры с геополитическими противниками нашей страны, увы, пока что не овладела грузинским обществом. Верните нашу Абхазию и Осетию, тогда и поговорим – настаивают в Тбилиси. Бессмысленность подобных ожиданий очевидна – Тбилиси потерял эти территории не в 2008-м, в 1991–1992 годах, когда сам взял курс на подавление автономий и выход из СССР. После войны 2008 года Грузия разорвала даже дипломатические отношения с Россией – но невозможно разорвать многовековые связи двух народов и стран.

Грузия в 18-м веке сама захотела стать частью русского мира – и во многом из-за ее выбора Россия стала продвигаться в Закавказье, воюя с османами и персами. Да и война с горцами Северного Кавказа не в последнюю очередь была связана с покровительством России грузинам (те подвергались постоянным набегам горцев). Грузия стала частью русского мира, но при этом считала себе главной в Закавказье – с соответствующими амбициями.

В рамках СССР все это уравновешивалось Москвой. Но при дезинтеграции Союза, в которой грузинам принадлежит одна из главных ролей, вся модель «мини-империи» потерпела крах. Две из трех автономий ушли (осталась только Аджария), грузины после неудачных попыток силой задавить регионы были вынуждены бежать из Абхазии и Осетии. Потеря территорий ставилась в вину России – но не себе самим, решившим жить отказаться от принадлежности к русскому миру.

Жить под геополитическим протекторатом США не получилось – сделать из Грузии свой форпост на Кавказе американцы не торопились, предпочитая использовать ее в качестве антироссийского рычага. После войны 2008 года и ухода Саакашивили Грузия оказалась в подвешенном состоянии – куда идти?

Запад к себе не возьмет – максимум в НАТО, но не в ЕС – экономика в беспросветном тупике, с Россией в ссоре. Становиться колонией Турции, которая и так скупила все что могла в Грузии? Но тюркский и даже османский мир чужд для грузин, от него они в свое время бежали под крыло единоверной России.

После начала украинского кризиса интерес к Грузии у англосаксов вырос – решено строить вокруг России заградительный вал, от Прибалтики к Черному морю. А на юге его важным элементом должна стать Грузия. Понятно, что с военной точки зрения это бессмысленная затея – даже если Грузию примут в НАТО, для обретения ею хоть какого-то реального военного значения в ней необходимо будет разместить американскую военную базу и постоянный армейский контингент. Но даже в этом случае грузинская территория станет ловушкой – настолько велико будет превосходство окружающих ее со всех сторон российских баз в Абхазии, Южной Осетии и Армении.

То есть военного значения для Штатов Грузия не имеет – а значит, надеяться на серьезную финансовую и геополитическую помощь бесполезно. И что ее важнее – нет шансов стать частью Запада, даже путем превращения в транспортный коридор или военную базу. Что остается? Только Россия – которая, несмотря ни на что, не испытывает к грузинам и Грузии никаких плохих чувств.

Грузия зависит от России гораздо больше, чем готовы сейчас признать грузинские власти. Это и живущие в России около полумиллиона граждан Грузии, чья финансовая помощь является существенным источником существования населения самой республики, и еще большее количество грузин, перебравшихся после распада СССР в Россию и получивших российские паспорта, многие из которых также переводят деньги на родину. Это и огромные культурные и человеческие связи, порожденные двумя столетиями переплетения грузинской жизни с русской. Это и общая история – в том числе и советская – и общие геополитические интересы.

Но если Россия и без Грузии может развиваться и занимать свое место в мире, то Грузия без России обречена. На исчезновение – через утрату собственной идентичности, через привязку к сильному, но чужому соседу (Турции), через постоянное воспоминание о былых «славных временах». Если грузины хотят вернуться жить в Абхазию и Южную Осетию, то они не могут не понимать, что единственный путь к этому лежит через их возвращение в русский мир. Из которого они сами попытались себя исключить – с трагическим для себя результатом. Но все можно исправить – пока жива память об общем пути.

vz.ru

Россия и Грузия: уроки «пятидневной войны»

Рамис Юнус

Прошло ровно 9 лет с тех самых кровавых дней в современной истории взаимоотношений России и Грузии, которую сегодня называют «пятидневной войной». Произошедшая агрессия огромной России против маленькой Грузии вызвала столько разного рода параллелей как с недавней историей СССР, так и со многими событиями в прошлом, что анализ августовских событий 2008 года следует начать с экскурса в недавнее прошлое.

Агрессия России против Грузии в августе 2008 года возникла не на пустом месте и стала следствием целого ряда давних политических решений российских правителей. Напомню, что после образования СССР начались многолетние эксперименты «вождя народов», понятно, имевшего особый интерес к кавказским проблемам. Неоднократные перетасовки горских народов, как карточной колоды, изменения административно-территориальных границ создавали минные поля, угрожавшие в будущем рвануть по всему периметру. И в момент коллапса СССР самым взрывоопасным стал именно этот регион: выяснить, кто, как и от кого может получить здесь независимость, было практически невозможно.

С приходом к власти в России спецслужб во главе с Путиным, началось планомерное внедрение в сознание российского общества позабытую после развала Союза вечную и незыблемую национальную идею неизменности созданной когда-то Российской империи и идею величия России только через наличие этой империи. И никого в Кремле сегодня не волнует, что один из главных пороков большевистского режима и принципов, на которых был создан «великий и могучий» Советский Союз, мы уже видели после октябрьского переворота 1917 года, который не только не принес разрыва в цепи глубоко укоренившихся имперских традиций российской истории, но и еще больше усугубил ее давление на все государственные институты через самые консервативные звенья общественного сознания, связанные с великодержавными амбициями и высокомерными представлениями об особом историческом предназначении России.

Ситуация неуклонно обострялась, т.к. данный регион стал ареной противоборства между США и их союзниками с одной стороны и Россией – с другой. В результате такого противоборства в Тбилиси к власти пришли прозападно настроенные молодые политики во главе с Михаилом Саакашвили. Когда-то в самом начале противостояния Саакашвили и Путина, у грузинского лидера спросили: в чем суть его принципиальных разногласий с Путиным? Президент Грузии тогда сказал: «Для Путина развал СССР был личной трагедией, по признанию самого российского президента, а для меня развал СССР был самым счастливым днем моей жизни!» В этих словах и скрывается глубокое различие в идеологии как этих двух лидеров, так и нынешних политических элит этих двух стран. И сегодняшнее противостояние, это не что иное как война идеологий.

О российско-грузинской «пятидневной войне» за последние годы написано очень много аналитических статей в мировых СМИ. Соглашусь с основными выводами этих публикаций. Россия совершила агрессию против суверенного государства. Это факт. Как и то, что президент Саакашвили своими действиями в грузино-российском противостоянии сделал то, чего от него с нетерпением ожидали и на Западе. Он вынудил Россию действовать в режиме цугцванга, т.е. это когда противника в шахматах вынуждают делать обязательные ходы.

Могла ли Россия поступить иначе? Конечно же, Россия могла вести себя так, как она вела себя в событиях вокруг Югославии, а потом и Косово, т.е. быть статистом и в результате такого поведения, как мы все видим сегодня, влияние России в этом европейском регионе резко ослабло. Сегодня все страны бывшей Югославии в той или иной степени интегрируются в Евросоюз, НАТО и постепенно удаляются из зоны влияния Кремля. Но одно дело Югославия и даже Прибалтика с Польшей, другое дело Грузия, которая находится совсем близко и которая не такая значимая для Европы и США, как Югославия и другие вышеперечисленные страны. И потому огромная Россия, со всей своей военной мощью с воздуха, на земле и в море пошла войной на маленькую Грузию, у которой всего 30 тысяч солдат и у которой и в мыслях не было вести полномасштабную войну с таким превосходящим по силе противником.

Но времена меняются и сегодня уже не 1956 год, и Грузия – не Венгрия; и не 1968 год и Грузия – не Чехословакия; и не 1979 год и Грузия – не Афганистан. Тогда Москва делала свою политику, не слишком оглядываясь на США и Европу. А как это преподносилось внутри самого СССР, мы все прекрасно помним. Это был «интернациональный долг» по просьбе местного населения и местного правительства. Как мы помним, в августе 2008 года из пропаганды на пропутинских российских СМИ (которая продолжается и сегодня), в России ничего не изменилось. Та же риторика, тот же пресловутый «долг» перед населением Южной Осетии и Абхазии, та же просьба местных правительств, в лице тогдашних российских ставленников типа Кокойты и Багапша, и те же внешние враги в лице империалистов из США, Европы и Израиля и их местных наймитов типа Саакашвили.

Все эти годы в Москве пытались оправдать свое военное вмешательство, называя это «миротворческой» операцией, которая призвана была положить конец «геноциду» и «этническим чисткам», осуществляемым тбилисским правительством в Южной Осетии. Конечно же, в эти «кремлёвские басни» мало кто верил тогда и сегодня. По прошествии 8 лет вполне очевидно, что никакие действия грузинского руководства не имели бы столь пагубных последствий для всех сторон конфликта, если бы Россия проводила в этом регионе продуманную и ответственную политику. Проблема тут не в провокациях соседей, а в отсутствии у России национальной концепции самоидентификации и, как следствие, в отсутствии концепции взаимоотношений с сопредельными государствами и народами.

К сожалению, цивилизованный мир в лице США и их союзников в Европе не сделал должных выводов из этой российской августовской агрессии против Грузии, что позволило новоиспеченному кремлевскому «собирателю земли русской» спустя несколько лет повторить в 2014 году похожую авантюру уже с Украиной, где Россия вначале аннексировала украинский Крым, а потом совершила вооруженное вторжение на юго-восток этой страны, где, несмотря на так называемое перемирие, каждый день погибают солдаты с обеих сторон. Уверен, что если бы США и их союзники в Европе ввели бы санкции против России в 2008 году, то Путин и его окружение никогда не смогли так поступить с Украиной.

Надо подчеркнуть, что ни российское общество, ни российская власть пока так и не нашли ответа и не определили основных стратегических пунктов своего развития и своего места в глобальном мире. И агрессия против Грузии в августе 2008 года – следствие этой концептуальной потерянности России, которая являясь постоянным членом СБ ООН, крупнейшей ядерной державой и претендующей на место в «восьмёрке» самых сильнейших стран мира, дошла до того, что признала юридически независимыми государствами эти анклавы Грузии вместе с банановыми странами, сделав себя посмешищем в глазах цивилизованного мира. К сожалению, российские руководители поступили вовсе не как приверженцы ответственной и миролюбивой политики. К тому же все шаги Путина отличаются двумя важными чертами: они находятся вне правового поля и за них никто не несет персональной ответственности.

Сейчас Россия оказалась в обстановке опаснейшей международной изоляции и простым гражданам России приходится расплачиваться за путинскую манеру «вести дела» и презрение к элементарным правилам международного взаимодействия и наплевательское отношение к международному праву. За все перекрытые газовые вентили, невыполненные обещания, оскорбления журналистов, угрозы соседям и милитаристское пустозвонство, регулярные демонстрации своей «крутизны» (мол, всё равно вы будете иметь дело с нами: у нас и газ, и нефть, к тому же мы так богаты, что захотим – все ваши лондоны-парижи на корню скупим) – словом, за всё, из чего и сложился столь неприглядный образ сегодняшней России в мире.

И то, что сегодня вокруг России фактически нет дружественных стран, – результат не каких-то внешних заговоров, а, в первую очередь, собственной близорукой, агрессивной и несбалансированной политики. Именно это должно особенно беспокоить россиян, ибо любой подобный кризис закладывает на годы вперед алгоритм отношений между народами. Ни осетинский, ни грузинский, ни абхазский, ни российский народы не получили и не получат в будущем никакой выгоды от этой «пятидневной войны» амбиций и денег. И никакой суд истории не вернет погибших, не оплатит счета за искалеченные жизни тысяч людей, не залечит ран, нанесенных взаимной ненавистью, поощряемой безответственной политикой кремлевских авантюристов-временщиков.

Рамис Юнус

Автор статьи – известный политолог, имеющий опыт работы как в высших эшелонах власти Азербайджана, так и за рубежом. Он был руководителем аппарата Правительства Азербайджана, Управляющим Делами Парламента страны. Кроме этого, он несколько лет проработал в Йемене и Саудовской Аравии. Хорошо знает политический истеблишмент, менталитет, культуру и языки стран, про которые пишет. В настоящее время проживает в США, где консультирует в качестве политического эксперта многие американские СМИ, независимые фонды и аналитические центры.

kontinentusa.com


Смотрите также